Какой рисунок самый лучший?

Рисунок №1 - 0.1%
Рисунок №2 - 0%
Рисунок №3 - 0.2%
Рисунок №4 - 0.1%
Рисунок №5 - 0%
Рисунок №6 - 0.5%
Рисунок №7 - 55.4%
Рисунок №8 - 0.1%
Рисунок №9 - 0.2%
Рисунок №10 - 39.4%
Рисунок №11 - 0%
Рисунок№12 - 0.1%
Рисунок №13 - 0%
Рисунок №14 - 0.3%
Рисунок №15 - 0.1%
Рисунок №16 - 0.1%
Рисунок №17 - 0.3%
Рисунок №18 - 0.9%
Рисунок №19 - 0%
Рисунок №20 - 0.2%
Рисунок №21 - 0.1%
Рисунок №22 - 0.2%
Рисунок №23 - 0%
Рисунок №24 - 0.3%
Рисунок №25 - 0%
Рисунок №26 - 0%
Рисунок №27 - 0.2%
Рисунок №28 - 0.1%
Рисунок №29 - 0%
Рисунок №30 - 0%
Рисунок №31 - 0%
Рисунок №32 - 1.3%

Всего голосов: 3975
МУНИЦИПАЛЬНОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБЩЕОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ
«ЦЕНТР ОБРАЗОВАНИЯ №25 С УГЛУБЛЕННЫМ ИЗУЧЕНИЕМ ОТДЕЛЬНЫХ ПРЕДМЕТОВ»

О центре

Авторизация

Календарь публикаций

« Сентябрь 2017 »
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
        1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30  

Музей Боевой славы

Полезное

Понедельник, 12 Январь 2015 10:17

Глаза зеленые весны: А.Адамский впечатления о современном образовании

Метафора зимы все больше становится основной для оценки школьной жизни.

Еще не заполярная, еще без массового перекрытия кислорода «не таким» школам, еще без всенародного шельмования чужеродных идей и показательных собраний-судилищ над учителями-новаторами, еще без публикаций в центральной прессе и на ТВ списков учителей-вредителей, ученых-предателей, экспертов-разрушителей, министров-отщепенцев, еще без гневных речей на съездах учителей, что такой или такая – «хуже свиньи, потому что гадит там, где ест и живет».

Но все уже готово к такому развороту событий, потому что холода наступают, все становится жестче, руководящая и направляющая сила крепчает, и главное – публика с восторгом и трепетом готова в единодушном порыве поддержать не только шельмование мыслящих иначе, но и меры социальной защиты от таковых.

Уже вернулось ушедшее, казалось, безвозвратно «Если не выполнишь решение – положишь партбилет на стол!».

Но несмотря на такие признаки, отличить разворот назад от движения вперед часто очень сложно. Это как плыть в тумане – корабль может развернуться, но если нет маяка, если нет ориентиров, то кажется, что продолжаешь плыть в нужном направлении.

Тем более что команда продолжает делать вид, что все в порядке, капитан бодро приветствует пассажиров, а аниматоры веселят публику играми и плясками.

И старший помощник примиряет с легкой качкой за бортом:

– Ну и что же, что учебников меньше – зато учителю легче выбрать!

– Ну и что же, что единственная программа в каждом детском саду – зато каждый сад не пишет свою – это же невозможно!

– Ну что, утвердят один на всех список произведений, зато точно дети будет знать Пушкина или Толстого!

– Зачем нам разные школы – а если мальчик Петя переедет с Камчатки на Урал, как ему быть?

Помните, как было хорошо на суше? Зачем нам куда-то плыть, лучше вернемся…

И дружный хор пассажиров и мотористов: «Плывем назад!»

Туман довольно сильный, и даже люди, у которых при нормальной погоде взгляд ясный, вдруг в тумане начинают путать восток и запад, свободу и несвободу, прогресс и реакцию.

Смесь заморозков и тумана приводит к тому, что все меньше и меньше находится тех, кто утверждает: «Прошлое не вернется никогда!». Мы даже не замечаем, как оно быстро и незаметно возвращается.

Еще пару лет назад я слышал: «Это невозможно, свобода уже на нашем знамени навечно, мы открыты и демократичны! Мы инновационны! Мы – Европа! Школа без границ! Толерантность и многообразие! Свобода слова лучше, чем несвобода собраний!».

Еще ничего не меняется в классной комнате, еще в школе все идет как шло, но риторика образовательной политики становится другой. Вариативность уже синоним коррупции, инновации в школе – «разрушительны», становится модным приветствовать в воспитании исключительно военно-патриотический подход и не приветствуется светскость.

Фактически ненужной становится экспертная оценка; вижу, как собираются данные в различных мониторингах – достоверность уже не главный принцип, соответствие запланированным показателям – уже не предмет анализа, а предмет манипулирования.

Наглядный пример – уменьшение числа сдающих ЕГЭ за счет введения его добровольности и таким образом повышение качества.

Если в 90-х годах мы обсуждали самоопределение, способность выбора, сотрудничество с ребенком и его субъектность как непреложные характеристики новой школы, то теперь – не то.

Идеи охранительной педагогики, формирование ребенка по заданному образцу, а не в соответствии с детскими способностями и интересами, становятся нормой.

Я думаю, что вот-вот с экранов или газетных полос прозвучит призыв «педагогического импортозамещения».

Уже слышал: «Зачем нам иностранные научные открытия? Нам нужны свои научные открытия».

Недавно знакомые психологи рассказали, что во время конференции в Белоруссии им поведали, почему там нет программ и школ развивающего обучения. Потому что начальство считает, что нужны отечественные педагогические системы, а не иностранные. Парадокс в том, что это была конференция, посвященная Льву Выготскому, родившемуся в Гомеле, на идеях которого строится система развивающего обучения. Считать Выготского великим белорусским ученым так же смешно, как вытравливать «иностранные» педагогические системы из отечественного образования. Но формально «развивающее обучение», основанное на теории интериоризации, на социальной ситуации развития (на которой строится учебная ситуация и учебная задача в РО), на ведущей роли обучения в развитии ребенка, создано на трудах выходца из Гомеля Льва Выготского. Ставшего великим мировым ученым.

Хотим мы этого или нет, нравится нам это или нет, но образование вслед за наукой становится глобальным.

Сохраняя региональные, этнические, национальные особенности, школа превращается в глобальную открытую систему, в которой качественное сетевое образование становится доступным каждому, независимо от места жительства и достатка.

Возникают интернациональные тенденции, они формируются в практике, в жизни, их не выдумывают ученые в лабораториях и на конференциях, эти тенденции складываются через рефлексию учителями происходящих в мире изменений, через проникновение технологий в обучение, через открытое информационное и знаниевое пространство.

Как невозможно «закрыть» открытую Колумбом Америку, как невозможно уничтожить печатный станок Гутенберга, запретить телевидение, компьютер, так невозможно закрыть информационное и знаниевое пространство или сделать его исключительно белорусским, американским или российским.

Можно в узкокоммерческих или местечково-политических интересах затормозить ход развития образовательной деятельности.

Повторяю, затормозить развитие объективно складывающихся тенденций, трендов – можно. Остановить – нельзя.

Эти сложившиеся глобальные тенденции в образовании: индивидуализация в массовом образовании, открытость, сетевое образование, интернет как основной источник материала, многообразие и вариативность, выбор и самоопределение, постепенная замена «преподавания» тьюторством. Смена ориентиров в результативности: личные качества начинают играть бóльшую роль по сравнению с академическими знаниями, способность искать решения новых задач становится важнее заученных алгоритмов.

При этом современная образовательная политика не строится по принципу «или – или». Наступление новой парадигмы в образовании отличается, на мой взгляд, от технических или даже политических перемен.

Если изобретение железных дорог и автомобиля свело на «нет» конную тягу и профессию извозчика вместе с инфраструктурой гужевых перевозок, то смена новых образовательных технологий не уничтожает на корню старые способы.

Фронтальное обучение не убило индивидуальное, репродуктивная дидактика не убила сократовский диалог, книгопечатание не истребило устную форму трансляции культуры.

Я уверен, что в образовании происходит обогащение способов, их приращение, а не отмена.

Когда мы говорим, что классно-урочная учебно-предметная репродуктивная система завершилась, это вовсе не означает, на мой взгляд, что уроки, классы, предметы и традиционная форма контроля исчезает.

Но это означает, что меняются приоритеты и ведущую роль начинают играть совсем другие способы и другое содержание деятельности, меняется предметность действий. Задачи усложняются.

Глобализация языка означает, что в детском саду и школе родной, государственный и глобальный языки должны быть наравне.

Приоритет личных качеств не означает отсутствие академических знаний.

Проектная деятельность не исключает традиционных занятий – уроков.

И так далее. В культуре, в образовании почти никогда не происходит абсолютного снятия, отрицания старого слоя.

Только полуграмотные защитники уходящей педагогической натуры любят заходиться в крике, как на пожаре: «Тот, кто говорит о компетенциях, отрицает значение культуры и знаний! А кто говорит о развитии, отрицает значение навыков!» и так далее.

Образовательная политика становится нелинейной.

И ситуация в образовании уже давно не черно-белая.

Если двадцать-тридцать лет назад образовательный климат полностью зависел от министерства, то сегодня из-за резко усложнившейся образовательной деятельности, из-за доступности сетевого образования, из-за резкого падения доверия министерству формируются две тенденции, которые, я думаю, будут усиливаться в 2015 году.

Первая: школьная жизнь становится все больше закрытой от ведомства. Убедившись, что ведомственные сигналы перестали быть содержательными, серьезные директора и учителя уже не воспринимают бюрократию всерьез. Такого не было с 70-х годов прошлого века. Ведомство ругали, ненавидели, с ним ругались и не соглашались, но воспринимали всерьез. Сегодня большинство педагогического сообщества перестает реагировать, старается отделаться от бюрократии формальными отписками и делать свое дело.

Вторая: там, где школьное образование перестает удовлетворять родителей и самих учащихся, они уходят в сеть.

Таких еще немного, но, я думаю, эта тенденция будет стремительно усиливаться.

В том числе и потому, что заморозки в образовательной политике будут вымораживать живые школы и живых учителей и директоров.

…В конце года я решил прочесть книги двух авторов, которые получили знаковые награды в 2014 году. Я прочитал «Обитель» Захара Прилепина, победителя «Большой книги», и «Поэтку» Людмилы Улицкой, лауреата Австрийской государственной премии по европейской литературе. «Обитель» – пронзительное описание Соловков. «Поэтка» – книга памяти Натальи Горбаневской, героини антисоветского сопротивления. Обе книги – о страшном времени бесправия и преступлений против личности.

Если в литературе и в школе тема холодов и бесправия, тема реставрации прошлого и гонений становится ведущей – это воспитывает сильнее, чем даже утвержденные правительством стратегии и доктрины воспитания, исторического и филологического образования.

И я невольно вспомнил Илью Эренбурга, который придумал называть послесталинское время – оттепелью, его стихи 1958 года «Да разве могут дети юга…», которые заканчиваются так:

«… А мы такие зимы знали,

Вжились в такие холода,

Что даже не было печали,

Но только гордость и беда.

И в крепкой, ледяной обиде,

Сухой пургой ослеплены,

Мы видели, уже не видя,

Глаза зеленые весны».

Но мы-то с вами – уже почти «дети юга», мы же не знали таких холодов, мы же видели глаза зеленые весны!

Будем верить!

Александр Адамский
Прочитано 556 раз
Алексеева Екатерина Петровна

Директор

Адрес персонального сайта:  http://ekaterina-alexeeva.ru

Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии

Адрес центра

300040 г.Тула, Пролетарский район, ул.Калинина, д.7

(маршрутное такси № 18, 23, 24 до остановки ул.Калинина)

Посмотреть на карте

Посмотреть на карте

e-mail:
Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
телефон:
40-84-15 - директор
40-89-24 - приемная (секретарь)
40-87-13 - зам. директора
40-86-39 - охрана, столовая

Дошкольные структурные подразделения:

«Семицветик»
г.Тула, ул. Епифанская д.127

«Олимпик»
г.Тула, ул.Плеханова, д.145